|
Не оставляет чувство, что ум входит в моду. Во всяком случае изобилие на телеэкране разнообразных интеллектуальных игр, конкурсов и викторин заставляет прийти к такому выводу. Если в советские годы любителям поломать голову приходилось довольствоваться нечастыми эфирами передачи “Что? Где? Когда?”, то в последнее время каналы предлагают богатый выбор передач для развития ума – импортных и собственного производства, для людей образованных и не очень, для детей и взрослых. В большинстве своем это лицензионные американские шоу, популярные на Западе настолько, что о них снимаются фильмы, становящиеся культовыми – такие, как, например, оскароносный “Миллионер из трущоб” или “Магнолия”.
Однако попробуем разобраться, какие именно интеллектуальные достоинства испытываются в телевизионных соревнованиях. Очевидно, что истинная сила разума довольно далека от наивных измерений IQ. Да и сам ум разными людьми понимается совершенно по-разному. Для одних это широкая образованность, эрудированность, для других – смекалка, практический ум, логичность мышления, умение решать проблемы. А ведь есть еще и такие сходные качества, как мудрость и хитрость, – все это так или иначе входит в понятие ума, интеллектуальной деятельности. Не секрет, что телевизионные игры разума за редким исключением ориентированы на вполне определенные умственные свойства – на эрудицию и умение вычислять правильный ответ.
Здесь крайне важно разграничить такие аспекты интеллектуального труда, как знание, понимание и мышление. И если ключевыми для умственного и нравственного развития человека представляются собственно способность к пониманию и мышление, рефлексия, то современная телевизионная культура игнорирует их и ориентируется исключительно на чистое знание, не требующее осмысления, интерпретации и личной оценки. Такова уж природа современной медийной реальности. По сути это и не знание, а бессмысленная форма, оболочка подлинного знания. В этом смысле особенно грустно наблюдать детские игры, создающие ложные образцы и ориентиры для детей и подростков.
Ложность и тупиковость пути тренировки ума как внешнего знания, а не внутреннего понимания хорошо описаны в классической литературе. Прежде всего на память приходит, конечно, “Игра в бисер” Германа Гессе. Однако даже и это сопоставление с интеллектуальной эквилибристикой героев романа кажется излишне лестным для нынешних телеигрищ. Здесь скорее напрашивается сравнение с другим персонажем, нашим вымышленным соотечественником.
В хрестоматийном рассказе Василия Шукшина “Срезал” селянин Глеб Капустин, лишенный фундаментального образования, но нахватавшийся случайных обрывочных знаний, с удовольствием доказывает свое интеллектуальное превосходство университетским преподавателям-филологам, приехавшим в деревню. Нелепость его поверхностных, псевдоученых суждений очевидна лишь действительно академически образованным людям. Односельчанам же, наблюдающим странноватый квазифилософский спор, кажется, что Глеб мощью своих знаний победил, “срезал” городских грамотеев, притом что на самом деле он всего лишь сыпал несвязный терминологический мусор, почерпнутый из газетных кроссвордов и научно-популярных заметок.
Кроссвордное мышление возобладало в современной массовой культуре, это тот высший уровень мысли, на который оно способно подняться. Печально констатировать, что частью этой симулятивной культуры, похоже, становится и пресловутый единый государственный экзамен. Заимствованный у Запада ЕГЭ заменил традиционные жанры – такие, как, скажем, сочинение, – раскрывающие в ученике способность понимать и размышлять. Разве не тот же принцип угадывания кроссвордных ответов лежит в основе новейших экзаменационных тестов? Сдающий ЕГЭ будто бы играет в “Кто хочет стать миллионером?”, и не впору ли сказать ему не дибровское “О, счастливчик!”, а античное “О, несчастный!”. |
