Центр экономических исследований Международной финансово-промышленной академии провел сравнительный анализ девальваций валют стран – экспортеров сырья с начала августа по конец декабря 2008 года. Оказалось, что поставщики нефти и газа придерживаются различных режимов валютного курса

Центр экономических исследований Международной финансово-промышленной академии провел сравнительный анализ девальваций валют стран – экспортеров сырья с начала августа по конец декабря 2008 года. Оказалось, что поставщики нефти и газа придерживаются различных режимов валютного курса. Подавляющая часть членов ОПЕК удерживает фиксированный обменный курс к доллару США. Несмотря на падение цен на нефть, они отвергли стратегию девальвации (Саудовская Аравия, ОАЭ) или осуществили ее в минимальном размере (Кувейт, Катар). Тем самым члены ОПЕК пожертвовали экономическим ростом в пользу валютной стабильности.

Вторая группа стран не имеет рыночного курсообразования (Венесуэла, Иран, Малайзия, Туркмения). Неконвертируемая валюта и возможность манипулирования торговыми и инвестиционными потоками по различным обменным курсам позволили им девальвировать свои валюты не более чем на 10%.

Наконец, последняя группа стран с плавающими валютными курсами предприняла масштабную девальвацию. В группе нефтяных экспортеров девальвация с середины 2008 года составила 32–35%, а в группе экспортеров газа – 26–28% (табл. 1).

Как ни странно, наибольшее обесценение показали валюты экономически развитых стран – Норвегии (35%) и Австралии (38%). Российский рубль снизился на 40%, что выглядит адекватно на фоне большинства экспортеров сырья. Таким образом, нельзя согласиться с аналитиками из ряда инвестиционных компаний и банков, утверждающих, что текущие темпы девальвации в России недостаточны. В то же время поведение Банка России отличается по двум аспектам от политики денежных властей из Норвегии, Австралии, Мексики и других стран, где девальвация превысила 35%.

Во-первых, эти центральные банки применяли большую гибкость курсов национальных валют. К примеру, в Норвегии и Австралии ежедневные темпы девальвации составляли 0,25–0,31%. Банк России обесценивал рубль к доллару с вдвое меньшей скоростью – 0,18%. В результате Норвегия и Австралия быстрее адаптировались к новой конъюнктуре международных сырьевых рынков. Львиная доля их коррекции курса пришлась на сентябрь-октябрь 2008 г., в то время как Банк России медлил с принятием решения об изменении курсовой политики.

Во-вторых, страны с “избыточной” девальвацией завершили скоростное обесценение своих валют к концу осени-2008, сменив курс на стабилизацию. К примеру, норвежская крона после девальвации уже несколько месяцев находится в “боковом” тренде, в то время как российскому рублю еще предстоит потерять в весе.

В-третьих, в большинстве стран инфляция находится на низком уровне, в России же она достигает 13%. В результате девальвация в других странах носит реальный характер, а в России – номинальный. Несмотря на значительное обесценение рубля, растущие цены не позволяют снизить его эффективный курс.

Опыт других стран – поставщиков сырья позволяет обозначить пределы обесценения рубля на ближайшую перспективу. При текущих ценах на нефть максимальная реальная девальвация валюты крупнейших экспортеров нефти и газа не превышала 35–40% от уровня августа 2008 г. Предельной реакцией на падение нефтяных цен можно считать номинальное обесценение рубля до 43 руб. за доллар США.

Котировки фьючерсов на доллар на ММВБ позволяют сделать прогноз на полгода вперед. Участники торгов ожидают замедление падения рубля на отметке 39 руб. за доллар (рис. 1). Это может быть связано только с изменением ситуации на нефтяном рынке – вхождением России в состав ОПЕК или стабилизацией цен на “черное золото”.