 «Ростислав» – одна из немногих рабочих лошадок, в прошлом – прогулочная яхта, последние несколько лет – ярусолов. Капитан Василий Афанасьев демонстрирует снасть. Это веревка длиной до 5 километров, к которой через каждые полметра привязаны на лесках крючки с наживкой: мойвой или селедкой.
В море, даже если волна невелика, болтает так, что пришлому человеку и пяти минут не выдержать. Экипаж «Ростислава» – Василий, Сергей, Степан, владельцы судна, к морю привычные. И не в такую волну приходилось ярус поднимать. Ветер, снег, мороз, а треска как раз к берегу подходит, самый лов.
Териберка в старину была одним из самых богатых поморских селений. Тогда треску добывали пудами. Но потом ее стало меньше, а когда начали черпать тралами – и подавно. Сейчас древний ярусный лов – спасение для рыбы. Разреши зайти в Териберскую бухту с тралом – и рыбы не будет.
Раньше поморы ставили ярус на полдня. Сейчас можно лишь на 3–4 часа. Однако в последние два года рыбаки все чаще выуживают скелеты. Виной всему – краб камчатский, которого развелось немерено. Чуть только треска, пикша попали на крючок, он тут как тут.
Краб стал бедствием для рыбаков. Пожирает все, что движется. Уничтожает нерестилища мойвы, а ей кормится в основном треска. Ловить краба местным жителям запрещено. Если он пришел на ярус, нужно освободить от крючка и сразу отпустить в море. Логики запрета рыбаки не понимают. Наоборот, нужно бы объявить крабу войну да добывать промышленным способом и, как в Норвегии, премии давать за борьбу с хищником.
С уловом, особенно приличным, тоже проблемы. В порту Териберка его надо предъявить сначала пограничникам, потом еще нескольким инспекторам из разных ведомств. И только после этого рыбка отправится в Мурманск. Принимают ее по 40 рублей за килограмм.
Торговать уловом прямо на причале нельзя. А пока треска и пикша дойдут до магазина, пройдет не один день. Хотя во всем мире рыбу и морепродукты продают сразу по приходе из рейса.
Куда только не обращались поморы с просьбой разрешить сразу реализовывать рыбу, сколько больших начальников ни приезжало в Мурманск, а жизнь все сложнее. Краба не тронь, за двухмильную зону не выходи, треску с пикшей поймал – докажи, что не браконьер. Однако поморы не унывают. Борт «Ростислава» пока крепок, снасть прочна, желание работать есть. Даже шторм когда-нибудь закончится. |
