 ТАКОЙ РАЗНЫЙ РОССИЯНИН
Говорят, наш современник – это суровый, жадный и циничный эгоист, равнодушный (в лучшем случае) к окружающим. СМИ «украшают» наш быт сведениями о злодеяниях, злоупотреблениях и вопиющей жестокости. Считается, что причина, во-первых – в психической травме от распада СССР; во-вторых – в последующей шоковой терапии, обрекшей многих либо на нищету, либо на участие в гонках за иллюзией благополучия; в-третьих – в многолетнем «разводилове» и «кидалове» в виде афер с разными версиями светлого будущего; в-четвертых – в телевидении.
В итоге перед нами россиянин, который никому не верит и никого не жалеет. Ну а чего, скажите, ждать от того, кого почти столетие морили, пугали и обводили вокруг пальца?
Однако стоит только отвлечься от «ящика», что рассказывает зрителям про наши непривлекательные типы, и мы увидим картину, отнюдь не схожую с той, что мельтешит на экране.
Многие тысячи, десятки тысяч, миллионы людей могут поделиться удивительными историями о примерах необходимой и бескорыстной поддержки, которую они получили от других. О том, как их вернули к жизни – в прямом или переносном смысле…
БЕДА, ЕДА И «СОБСТВЕННЫЕ СИЛЫ»
Это принято называть благотворительностью, а это слово произносить, как бы стесняясь. Причем стесняются и те, кто помог, и те, кому помогли.
Первые в основном потому, что благотворителям не пристало использовать добрые дела в рекламных целях. Вспомним евангельские формулы: «…кто одел голого, накормил голодного, посетил заключенного, тот Меня одел, Меня накормил, Меня посетил…», но при этом «…не труби о себе, как делают лицемеры… чтобы прославляли их люди. …Пусть левая рука твоя не знает, что делает правая».
А вторые потому, что благотворительность часто связана с ущербностью – недугом или пороком, утратой жизненных ориентиров, неспособностью что-то сделать самостоятельно, немощью, одиночеством, старостью, бездомностью… С нищетой наконец. Словом – с тем, чего в мире, где ценят самоуверенность, улыбчивость, здоровье, популярность и богатство, принято стесняться.
Но чего стесняться-то? Россия была и остается богатой страной, где множество людей все еще живут в бедности. При этом наша страна не меньше многих других переживает стихийных бедствий, техногенных катастроф, террористических актов и вооруженных конфликтов, лишающих людей близких, здоровья, крова, сил, средств к существованию...
Эта простая правда остается важной проблемой. Тем более что большинство «социально уязвимых» убеждены: избавление от уязвимости – дело властей. Это мнение разделяют и многие благополучные члены общества – по свидетельству руководителя исследовательской группы «Циркон» Игоря Задорина, так считают 60% наших сограждан.
Тревожная цифра! Она говорит не только об иждивенческих настроениях, но и об отрыве от реальности – люди не видят: если тот, кто, по их мнению, должен делать нечто важное, этого не делает, решать задачу надо самим – опираясь на частные ресурсы. Не случайно именно так поступают в сотнях других стран, в том числе во всех, что слывут примерами богатства и могущества: в США, Германии, Японии, Франции…
Но немало в России и тех, кто говорит: «Частные благотворительные организации – это придатки бизнес-структур, орудия рекламы и отмывания денег». Таких среди опрошенных «Цирконом» 30%. Они настаивают: «Пусть желающие оказывать благотворительную помощь делают это без посредников».
Как видим, и «государственников», и «сторонников опоры на собственные силы» объединяет недоверие к «посредникам» – различного рода фондам и корпорациям. Но столь же полезно ответить на вопрос: а кому люди доверяют? Помощь с чьей стороны принимают без сомнений и подозрений?
И что движет теми, кто ее оказывает?
ПРОСТО ПОМОЩЬ?
Здесь, конечно, уместно вновь обратиться к евангельским формулам, но не менее важно – к тем действиям, в которых они веками находили свое практическое отражение и находят его сегодня.
В сентябре в Цхинвале была распределена гуманитарная помощь на сумму более 4 млн рублей – и это лишь небольшая часть средств, направленных Отделом по церковной благотворительности и социальному служению Московского патриархата. Всего же отдел собрал в помощь Южной Осетии около 24 млн рублей.
А вообще в последние годы отдел направил в республики Северного Кавказа гуманитарную помощь на 50 млн рублей. Кроме того, 90 тонн продуктов питания и предметов первой необходимости было направлено в Чечню. И более четверти миллиона потрачено на помощь жертвам терактов в Волгодонске и Москве.
В Новосибирской, Томской, Вологодской, Читинской и еще десяти епархиях благотворительные службы Русской православной церкви только одеял распределили на сумму более 5 млн рублей.
Надо ли говорить, что получили их самые нуждающиеся? Как и многие тонны продуктов питания и теплых вещей, направленных более чем в 20 регионов страны, в том числе в пострадавшие от наводнений Якутию и Краснодарский край.
Надо ли говорить о сотнях «детей Чернобыля», направленных на лечение в Италию в 90-е годы? Или просто о детях, стариках, инвалидах, беженцах, тысячи которых лечились, а то и были спасены в Свято-Алексиевской больнице Московской патриархии, в других больницах, интернатах, приютах, реабилитационных центрах, работающих под патронатом Церкви с тех пор, как она вновь получила возможность осуществлять свое социальное служение…
И это данные только о нескольких проектах Отдела Московского патриархата. А сколько добрых дел совершается ежедневно в приходах, монастырях, благочиниях, епархиях Русской православной церкви! Дел, о которых нечасто пишут газеты и не вещает ТВ. Прежде всего потому, что о них не кричат благотворители.
Возможно, именно здесь – источник искреннего доверия к церковной филантропии, наследующей вековые традиции, взращенные подвижниками, равнодушными к мирской славе и бренной похвале.
60% наших сограждан считают, что забота о бедных – исключительно дело государства.
|
